Собирались мы с вами на "Конвертик" совсем недавно, но тут у нас вот какое дело.
Посмотрите:
Киндеру 4 года. Звать - Давид Долян.
Слава Тебе, Господи, он - гражданин России. Что сильно облегчает нам с вами жизнь.
У него лейкоз.
Сейчас, значит, четыре года. А лейкоз обнаружили в три месяца.
ВСЮ ЖИЗНЬ человек живет в больнице. Три с лишним года.
На повестке дня - трансплантация.
Вообще, люди делятся друг с другом разными вещами. В детстве – игрушками. Позже – более серьезными вещами, большими и маленькими, значительными и пустяковыми. А бывают люди, готовые поделиться самым главным – жизнью. Своей собственной, дорогой, любимой, бесценной кровью. Своим драгоценнейшим костным мозгом, который пока заменить нечем. Нету пока искусственной субстанции с такими свойствами.
Будь ты хоть самым главным королем, хоть самым богатым шейхом, хоть вот бодхисатвой – этого сокровища тебе не добыть никак иначе. Только от человека к человеку.
Мальчик, о котором я говорю, не король и не шейх. Возможностей у него, мягко говоря, поменьше. Мама у него домохозяйка, а папа – строитель.
Живет Давид в селе Покровское Ростовской области.
Точнее говоря, Давид там, практически, не живет.
Из своих четырех лет три с лишним года он провел в больнице.
Не всякий взрослый выдержит то, что выдержал этот малыш. Сейчас доктора считают, что его единственный шанс – трансплантация. Это значит, что на собственные клетки Давиду надеяться нечего. Они работать отказались, и лечиться не хотят. Надо попробовать подселить чужие, здоровые. Может быть, они смогут поправить дело.
Иногда бывает так, что донором костного мозга становятся мама, папа, брат, сестра...
А иногда везет меньше, и самые родные, самые близкие, готовые все по капельке отдать – не подходят. Тогда во всемирном банке ищут так называемого «неродственного донора». Незнакомого, постороннего человека, согласного делиться самым главным.
Такой человек нашелся. Он живет в Португалии.
Для того, чтобы донор смог дать свой костный мозг Давиду, донора нужно «активировать». То есть, подготовить к сдаче костного мозга. Положить в клинику, провести нужные процедуры, и потом, под общим наркозом, забрать у него немного клеток, которые должны спасти нашего мальчика.
Стоит такая процедура приблизительно 15 000 евро.
Активация проводится там, где живет донор. В нашем случае – в Португалии.
И все бы хорошо, да только вот проблема…
Самый лучший «контейнер» для костного мозга – живой человек. В любой другой, самой совершенной емкости, эти клетки живут не больше 48 часов. Привезти португальца в Россию нельзя по множеству причин.
Это значит, что доктор из Российской Детской Клинической больницы должен прилететь в Португалию, причем не в Лиссабон, а в другой город, до которого еще местной авиацией добираться, забрать бесценный груз, и немедленно, бегом, на любых перекладных, со всей возможной скоростью примчаться назад в Москву, где в стерильном боксе своего спасителя будет ждать четырехлетний мальчик Давид. Если доктор опоздает хоть на несколько часов – все усилия окажутся бесполезны.
Чего только не делали наши врачи, чтобы успеть. И самолеты в воздухе разворачивали, и на пожарных машинах с сиренами по Европе ездили. Это, знаете, очень страшно – везти в контейнере человеческую жизнь, и не знать, довезешь ли…
Авиакомпании «Аэрофлот» и «Транс-аэро» дарят нашим героическим докторам бесплатные билеты. И не какие-нибудь билеты, а самые лучшие. Билеты первого класса. Это делается не потому, что врачам нужен особый комфорт, а потому, что пассажира с таким VIP-билетом обязана, если что, принять на борт любая авиакомпания в любой момент.
К сожалению, ни один из рейсов Аэрофлота, летающих в Португалию, нам не подходит. На частный самолет мы пока не заработали…
Мы долго читали расписания. Нашли. Нам подходит рейс компании «Люфтганза». Он идеально совпадает с внутренними перелетами в Португалии, и, если ничего непредвиденного не случится, доктор может успеть.
Как вы, наверное, догадались, и на «Ганзу» нам нужен самый лучший билет. Мало ли…
Мы не можем рисковать. Цена уж больно велика.
Еще мы должны дать врачу денег с собой. Для того, чтобы он мог без колебаний схватить такси, заплатить за аренду машины, не потерять драгоценных секунд из-за непредвиденных трат.
В общей сложности все билеты стоят чуть больше 110 000 рублей.
А теперь – самое страшное.
9 сентября. Это дата, на которую назначена трансплантация. То есть, 7 сентября один из врачей РДКБ должен совершить вот этот подвиг Джеймса Бонда. Слетать в Португалию, и вовремя прилететь назад.
Мы не можем помочь с погодой, с машинами и самолетами.
Мы можем помочь с деньгами. Без нашей помощи миссия, к сожалению, будет невыполнима.
Я понимаю, что денег ни у кого нет, все из отпусков.
Но если вдруг...
СПОСОБЫ ПЕРЕВОДА ДЛЯ "КОНВЕРТИКА":
( Read more... )Может, попробуем внепланово встретиться числа 2-3?
Что скажете?
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
vespro ждет всех в Дровах.
Но когда его мама зовет меня пить чай, тянет маму в коридор и что-то тихо шепчет ей на своем родном – чеченском – языке. Оказывается, просит позвонить доктору и узнать, можно ли ему печенье. У доктора занят телефон, и Мансур смиряется с ситуацией. Он вообще очень терпелив и плачет только, когда терпеть совсем уже невмоготу. 
Юра - самый первый ребенок, к кому я зашла в свой самый первый приход в больницу. Про него говорили, что он очень серьезен и не любит, когда ему задают слишком много вопросов: "Ну что ты меня все время спрашиваешь, сама расскажи что-нибудь!". 
Самое важное в переливаниях гранулоцитов –– постоянство. Доноры должны приходить один за другим. Лере планируется переливать гранулоциты 2 раза в неделю. Гранулоциты невозможно сдать заранее –– они живут всего несколько часов. Сразу после того, как клетки взяли у донора, их облучают и переливают ребенку. ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif){kind=small}
